Производственные будни

Первая часть

Несмотря на успех «Американских граффити», никто на съемочной площадке серьезно не относился ни к «Звездным войнам», ни к самому Лукасу. В этом смысле очень показательна история с Харрисоном Фордом, который, не боясь потерять роль, костерил Лукаса во время кастинга на чем свет стоит: «Напечатать такую лабуду еще можно, Джордж, но как ее произнести?!». Не помогал найти общий язык со съемочной группой и характер Лукаса. Он мало разговаривал, практически ничего не обсуждал с актерами и съемочной группой и никогда не говорил «спасибо». В итоге контакт со всеми вокруг был потерян безвозвратно. Лукас позже говорил, что понял, почему все ненавидят режиссеров. «Сколько себя помню на съемочной площадке, я только и делал там, что орал на всех и каждого».

Снимали «Звездные войны» на студии Элстри в пригороде Лондона, и проблемы с актерами продолжились и в Англии. Спилберг говорил, что артисты, игравшие у него в «Челюстях», первом блокбастере в истории, тоже работали вальяжно, с некоторой долей апатии, потому что не верили в успех и серьезность фильма про акулу-людоеда. Со «Звездными войнами» сложилась примерно такая же ситуация: на площадке все называли фильм «диснеевским детсадом», смеялись над реквизитом и внешностью главных героев (Форда, например, забавляла прическа принцессы Леи), и не выкладывались на полную катушку. Спилберг в итоге нашел подход к актерам, а вот Лукас, опять же в силу своего скромного характера, не смог.

Это привело к неожиданным последствиям: историки американского кино утверждают, что «Звездные войны» — первый блокбастер, в котором абсолютно не важна актерская игра. При желании тут можно поменять местами плюс-минус любого артиста, но смысл и качество картины не изменятся (впрочем, с этим могут не согласиться персональные поклонники Форда, Фишер, Хэмилла и других). Такая точка зрения подтверждается и тем, что никто из актерской труппы «Звездных войн» не стал впоследствии суперзвездой Голливуда. Исключение — Харрисон Форд. Но его успех все же во многом был обеспечен трилогией про Индиану Джонса, а не «Звездными войнами».

В ситуации тотального хаоса и недоверия Лукас повел себя неожиданно. Помните про упертый характер? Так вот, в определенный момент работы над фильмом, видя, что у друга ничего не получается, помощь в работе над фильмом любезно предложил Спилберг. Но Лукас был непреклонен. «Он словно боялся, что на его фильме останутся мои отпечатки пальцев», — говорил позже режиссер «Инопланетянина». Лукас также постоянно приговаривал, что «Звездные войны» должны обойти «Челюсти» по коммерческим сборам, что он снимает кино для самой маленькой аудитории, а все вокруг идиоты, потому что не понимают его. И это несмотря на постоянные стычки с актерами, английской группой, участники которой отказывались работать сверхурочно, и неведомую инфекцию, из-за которой у Лукаса адски болели ступни. Но характер, передавшийся ему от папы, все-таки помог режиссеру завершить съемки, хоть и вернулся Лукас из Лондона в отвратительном настроении.

Проблемы преследовали фильм не только на съемочной площадке, но и за ее пределами. Студии Industrial Light & Magic, которая должна была делать спецэффекты для фильма, категорически не хватало опыта и ресурсов. Первоначальный состав из четырех человек работал в гараже режиссера в диких условиях. Проблема была в том, что до Лукаса никто не снимал пышную, ритмичную фантастику, и визуальные приемы приходилось придумывать буквально на ходу.

Все модели «Звезды смерти» были, например, сделаны из картона. А все события финальной битвы «Новой надежды» разыгрывались людьми из ILM при помощи миниатюрных кукол в том же самом гараже на небольшом макете. Все это выглядело в первом варианте не слишком убедительно, но денег, чтобы сделать лучше, категорически не хватало. Во многом именно изначальным визуальным несовершенством «Звездных войн» объясняется страсть Лукаса к обновлению спецэффектов в фильме.

ILM были настолько неопытны, что в итоге за половину бюджета на спецэффекты сделали всего 4 секунды картины. Лукас был в бешенстве, долго орал и грозился закрыть студию. Мастера спецэффектов все исправили к премьере, но их первоначальные неудачи режиссер не забыл, лишив всех работников премии. Уже тогда постановщик умел считать деньги, но так и не научился прощать.

Монтаж — еще одна вещь, которая беспокоила Лукаса. Для научно-фантастического блокбастера «Звездные войны» в своих первых редакциях были смонтированы в «вульгарно-претенциозной» манере, которая совсем не устраивала режиссера.

Лукас был уже на грани — друзья и коллеги говорили, что он стал жестоким и грубым, а на все вопросы отвечал одной фразой: «НА 30%, ГОТОВО НА 30%!» И в отчаянии он попросил помощи у жены. Пока Марша монтировала первый вариант картины без спецэффектов, ей пришло предложение от Скорсезе, которого она считала лучшим режиссером Голливуда. Произошло то, что мы описали в самом первом абзаце — Марша улетела в Лос-Анджелес, бросив Лукаса за несколько месяцев до премьеры, но все-таки доделала предварительный вариант картины.

Демарш жены не сильно расстроил постановщика, который к этому времени наступил, кажется, на все грабли, на которые только мог. Его беспокоила не столько реакция супруги и производственные проблемы, но и неудачная дата выхода картины. Студия «Фокс» планировала выпустить фильм в канун Дня поминовения (30 мая), рассчитывая, что в выходной день народ предпочтет кино другим развлечениям. Проблема была в том, что и другие киностудии активно готовились к празднику — вместе со «Звездными войнами» на экраны должны были выйти «Смоки и Бандит», «Бездна» и другие фильмы. А там и Фридкин с «Колдуном». Лукас говорил всем, что счастьем будет, если его фильм попадет в тройку кассовых фильмов по итогам праздников.

Показы друзьям и студийным боссам

В успех «Звездных войн» Лукас не верил еще и потому, что в него не верили все коллеги режиссера. По легенде Лукас показал незавершенный вариант картины без спецэффектов своим друзьям-кинематографистам — Копполе, Фридкину, Скорсезе, Спилбергу и другим — незадолго до премьеры. Все были в шоке. Коппола, самый близкий друг Лукаса, не мог понять, как Джордж мог отказаться от постановки «Апокалипсиса сегодня», ради этого «детского бреда». Остальные разделяли позицию режиссера «Крестного отца». Марша плакала в сторонке. Особенно «постарался» Брайан де Пальма, который назвал «Силу» «пердежем» и отчаянно ругал фильм за то, что герои постоянно несут какую-то тарабарщину. А ведь Лукас рассчитывал сделать понятное кино для самой широкой аудитории.

Единственным, кто поддержал режиссера и фильм, был Спилберг, который выдал пророческую фразу: «Мужик, это будут смотреть». Автор «Челюстей» тогда готовил к выходу «Близкие контакты третьей степени» и считал свой фильм слишком эзотерическим и сложным для массовой аудитории. А «Звездные войны», по его словам, были созданы на синтезе жанров и должны были понравиться буквально всем, кто не воротит нос от научной фантастики.

Перед показом студийным боссам ILM трудились не покладая рук семь дней в неделю, чтобы доделать спецэффекты. Марша уже вернулась от Скорсезе и участвовала в финальном монтаже. Сама супруга Лукаса стала постепенно оттаивать к фильму, который с наложением графики заиграл новыми красками (в первых вариантах картины отсутствовали некоторые сцены, другие были заменены на кадры из военной хроники). Она, как и Лукас, сильно волновалась перед просмотром, но у нее была своя «лакмусовая бумажка». «Я знала, что если публика не придет в восторг к эпизоду с появлением на борту «Сокола тысячелетия» Хана Соло (когда тот спасает Люка), то пиши пропало», — говорила Марша. Но, слава богу, показ «Звездных войн» прошел неплохо. Некоторые люди, конечно, спали, но большинство было в восторге от фильма. «Звездные войны» вышли на финишную прямую, в конце которой фильм ждали зрители.

Премьера и фурор

В среду 25 мая 1977 года Марша и Джордж Лукас пошли перекусить в заведение «Гамбургер Хэмлит» в Лос-Анджелесе. Они так много работали в последние несколько недель, что по легенде напрочь забыли о том, что на этот день была назначена американская премьера «Звездных войн». «Гамбургер Хэмлит» располагался на голливудском бульваре, напротив знаменитого «Китайского театра» (там сейчас проходит церемония вручения «Оскаров»). Подойдя к заведению, они увидели, что перед кинотеатром собралась огромная толпа — не меньше тысячи человек. Движение было перекрыто, со всех сторон подъезжали лимузины, простые зрители сходили с ума. Лукас много лет спустя говорил, что только увидев эту толпу, он понял, что «Звездные войны» могут стать хитом.

Впрочем, фантастические фильмы никогда не срывали голливудскую кассу до того времени. Но как бы то ни было, чета Лукас вздохнула с облегчением — фильм окупится, судя по ажиотажу, а в следующие прокатные недели уступит новым премьерам. С этой мыслью они укатили в отпуск на Мауи. По приезду они проверили автоответчик — сотни звонков от студийных начальников, агентов и еще бог пойми кого. Сообщения были примерно одного содержания — Лукасу советовали посмотреть новостные выпуски. Постановщик включил телевизор и обомлел: по всем каналам шли сюжеты о невиданных очередях на показы «Звездных войн». Люди сходили с ума, перепродавали втридорога билеты на фильм или, наоборот, ходили по несколько раз — в общем, творилось настоящее безумие.

Спустя три месяца пришли отчеты — «Звездные войны» преодолели 100-миллионную отметку. Лукас понял, что стал богачом, что у него все получилось. Но, как позже признавался постановщик, он в полной мере почувствовал триумф позже, когда ему домой пришла телеграмма от Копполы, который в Азии в муках доснимал «Апокалипсис сегодня». В ней была всего одна фраза — «Вышли денег. Френсис».

Больше, чем фильм

К ноябрю 1977 года «Звездные войны» обогнали «Челюсти» по кассовым сборам и стали самым успешным коммерческим фильмом в истории американского проката на тот момент. Лукас получил более 25 млн долларов по контракту, а еще столько же студия заплатила другим людям, принимавшим участие в проекте — актерам, продюсерам, операторам и так далее. Единственные, кто не получил ни цента, как мы уже сказали, стала студия спецэффектов ILM, которой был так недоволен Лукас. Впрочем, последние отыгрались на последующих эпизодах и в итоге стали самой мощной голливудской студией по визуальным эффектам.

Поняв, что «Звездные войны» — это стопроцентный хит, Лукас сразу кавалерийской поступью начал атаковать студию «Фокс». При повторном прокате оригинального фильма он добавил приписку «Эпизод IV: Новая надежда», а также запустил в производство на беспрецедентных условиях (77% от сборов!) сиквел «Империя наносит ответный удар». Его фильм стал феноменом, причем не только за счет удачного проката и зрительской любви, но и продаж сопутствующей атрибутики.

Конечно, причины популярности «Звездных войн» лежат не только в плоскости бизнеса. Фильм Лукаса пришелся по душе огромному количеству людей по многим причинам, которые первыми, разумеется, попытались описать кинокритики того времени. Они единодушно хвалили Лукаса за то, что он практически в одиночку возродил жанр семейного кино, превратив научную фантастику в настоящую сказку. Неслучайно эстетически «Звездные войны» похожи не только на «Космическую одиссею», но и на главную сказку американского народа — «Волшебника из страны Оз».

Другие писали, что Лукас вместе со Спилбергом первыми в новом Голливуде начал снимать понятное и приятное миллионам жанровое кино.

«Звездные войны», действительно, фильм, в котором нет полутонов, и в том числе это делает его любимой картиной миллионов зрителей.

Злодеи тут выглядят и ведут себя так, что сразу становится понятно, кто они такие, и что они никогда (кроме одного) не перейдут на светлую сторону Силы.

То же самое и с положительными персонажами. Не зря в одной из поздних редакций фильма Лукас перемонтировал сцену с Ханом Соло и Гридо, чтобы контрабандист — единственный неоднозначный персонаж оригинальной трилогии (кроме Вейдера) — не выглядел плохишом.

Такая черно-белая история, в которой добро и зло абсолютны, неслучайно пришлась по душе кинозрителям в США, а потом и во всем мире. Человечество — и особенно американское общество — устало жить, как тогда было принято говорить, в атмосфере «бури и натиска». Въетнам и убийства политиков, Уотергейт и холодная война — все это осточертело населению страны. Американцы хотели наконец найти в массовом развлекательном кино отдушину, а не продолжение банкета. Поэтому мода на жесткое, реалистичное кино нового Голливуда постепенно угасала.

Аудитория попросту устала от «умных» голливудских картин Скорсезе, Копполы и других режиссеров, в которых было порой сложно разобраться, и просто захотела чего попроще. Лукаса потом часто обвиняли, что его «Звездные войны» не просто изменили индустрию, но убили понятие «интеллектуального блокбастера», которое тогда снимали друзья-коллеги Лукаса. Сам режиссер, конечно, отнекивался и говорил что-то вроде «аудитория сама решает», но время действительно изменилось.

Но правда лежала где-то посередине этих двух мнений. С одной стороны, конечно, Лукас и Ко многое упростили. С другой — контекст в «Звездных войнах» никуда не делся. Это фильм об Америке в самом широком смысле этого слова. Параллели прослеживаются на раз-два: сенат — правительство, Палпатин — Никсон, повстанцы — вьетнамцы, Империя — США, и так далее. Также противостояние последних можно сравнить с войной «умников» нового Голливуда со студийными боссами. Эта глубина, которая еще не так заметна в «Новой надежде», к «Возвращению джедая» становится более чем очевидна.

Возвращаясь к словам Спилберга, который говорил, что у Лукаса получился фильм на стыке двух жанров, мы добавим: не просто жанров, но эпох. От предыдущего «своего» поколения Копполы, Скорсезе и других, он взял какие-то классические, но смелые ходы — аллюзии на современное общество, сложный монтаж, многослойность — добавив от себя визуальный ряд, звук «долби» и интонацию, понятную даже самым маленьким детям.

И еще «Звездные войны» открыли миру искусство эпизода и образа, которое впоследствии перекочевало в любимые нами видеоигры.

Как говорил сам Лукас, он всегда любил рассказывать (одним из первых в коммерческом кино) истории через визуальный ряд, а не слова.

Но фурора и мирового признания, безусловно, не было бы без невероятной смелости Лукаса. Ведь, повторимся, несмотря на отсутствие поддержки со стороны студии и коллег и даже жены, он продолжал гнуть свою линию. Если «Челюсти» — первый блокбастер в истории — все-таки были во многом похожи на фильмы нового Голливуда (с поправкой на большую акулу). «Звездные войны» были настоящим прорывом, фильмом, который установил новые законы в кинематографе.

Сейчас мир невозможно представить без «Звездных войн», так же как без телевизора или мобильного телефона. Этот фильм, как и любой блокбастер, не просто завоевал многомиллионную аудиторию и кучу денег, но и сильно развил индустрию технически. Чуть менее половины от кассовых сборов ушло в сторону кинотеатров, которые начали заказывать более продвинутое оборудование, чтобы показывать дорогое зрелищное кино во всей красе. И поэтому «Звездные войны», да и любой блокбастер после, очень важны для всего кинематографа. Таким образом космосказка про джедаев и стихов стала неотъемлемой частью не просто мировой культуры или киноиндустрии, но и всей нашей жизни.

В далекой-далекой галактике

Что было дальше, вы и так сами знаете. На несколько десятилетий Лукас ушел из режиссуры в продюсеры. Вместе с другом Спилбергом запустил еще одну суперприбыльную франшизу — приключенческую трилогию «Индиана Джонс». Заработал миллиарды долларов на игрушках и других сопутствующих товарах с символикой «Звездных войн», подружился с Disney и открыл в «Диснейленде» несколько тематических аттракционов по мотивам саги. Вернулся в кино, сделав новую трилогию, и еще кучу всего. Все достижения Лукаса не уместятся ни в одной статье мира.

Скорсезе как-то рассказал историю времен монтажа фильма «Нью-Йорк, Нью-Йорк». Лукас, который параллельно заканчивал «Звездные войны», как-то зашел в монтажную к другу и произнес: «Я знаю, Мартин, как увеличить кассовые сборы твоего фильма на 8-10 миллионов. Сделай так, чтобы в финале герои де Ниро и Минелли уходили в закат, держась за руки». Этот совет после просмотра незаконченной версии фильма сам Скорсезе запомнил на всю жизнь. В тот дождливый калифорнийский день автор «Таксиста» понял главное: он никогда не станет своим в коммерческом голливудском кино.

Как говорят коллеги-друзья режиссера, Лукас не сильно изменился с того времени, когда снимал в своем гараже первые «Звездные войны». Он и сейчас — упертый человек, который всегда идет к своей цели и умеет считать деньги. Все-таки последнее качество, а также коммерческая жилка позволили Лукасу заработать не просто много, а очень много денег. Наряду со Спилбергом, он до сих пор является самым богатым постановщиком Голливуда.

Но единственное Лукас все-таки не смог просчитать. Его «Звездные войны» из научно-популярной сказки в формате «Долби» превратились в огромную всепожирающую махину, самую влиятельную и успешную франшизу в мире. В итоге она же и погубила Лукаса, который из молодого и упертого голливудского умника, приклеившись на всю жизнь к своему монструозному детищу, превратился в скучного и неинтересного режиссера. Но это, как мы любим говорить в таких ситуациях, совсем другая история.

А тогда, в 1977, не было счастливее человека в Голливуде. Он завоевал весь мир, и это было только начало.

Источник